Трудовые достижения, особенно творческого характера, возникают именно на основе преодоления замкнутого круга регуляции. Доминанта высших отделов ЦНС на основе разнообразных экстероцептивных афферентации преодолевает ограниченность рефлекторного кольца в поведении и трудовой деятельности человека.
Высшие уровни системной регуляции имеют не только безусловный, но и условнорефлекторный механизм. Чем выше уровень, тем больше возникает условных рефлексов. Максимально они образуются в процессе взаимоотношений организма с внешней средой, где собственно кольцевые рефлексы становятся лишь вспомогательными механизмами на обратных связях.
При изучении рабочей позы, имеющей значение для работы внутренних органов, следует учитывать, что она не пассивное, бездоминантное состояние, для которого характерна дезинтеграция функций, и что даже «оперативный покой» — доминантное состояние со строгим подчинением всей мускулатуры господствующей установке (по А. А. Ухтомскому).
В интересующем нас аспекте важно отметить, что каждой позе соответствуют определенные вегетативные изменения, зависящие от ряда физических и нервных факторов, в том числе от перераспределения мышечного тонуса (позно-вегетативные рефлексы). Это тоже механизм межсистемного регулирования. В формировании этих рефлексов принимает значительное участие проприоцеп-тивная афферентация, связанная со статическим напряжением мускулатуры. Экстеро-висцеральные условные рефлексы при длительной статической нагрузке угнетаются ГМогендович М. Р., 1956].
Параллельно с реализацией мышечных движений и различных поз изменяются многие вегетативные функции. Несмотря на бесспорную констатацию данной связи, физиологический механизм ее оставался неясным. Попытки обойтись одними гуморальными факторами, например, непосредственным действием продуктов мышечного обмена на сердце, дыхательный центр и т. д., не увенчались успехом и получили лишь ограниченное значение механизма местной саморегуляции. Недостаточным оказалось и утверждение, что роль скелетных мышц в кровообращении сводится к механическому действию «мышечного насоса»; при этом игнорируются рефлекторные влияния и роль собственного тонуса вен [Faucon et al., 1964].
Кроме того, умозрительный подход (волевое усилие раздваивается: один импульс идет к мышцам, производящим движение,, другой — к сердцу) не мог удовлетворить физиолога павловской эпохи.
Долгое время этот вопрос не опирался на передовую теорию современности — рефлекторную, рассматривающую соотношение моторных и вегетативных органов прежде всего на основе взаимодействия их афферентных систем. Теперь проблема получила в целом два направления: одно относится к рефлекторной регуляции моторной системы со стороны вегетативной системы (интеро-цепции), другое — к рефлекторной регуляции внутренних органов со стороны проприоцепции. Хотя каждая из этих систем обладает хорошо изученным в отдельности механизмом регуляции (на основе обратной связи), однако взаимодействие их было исследовано очень мало. Как утверждал А. А. Ухтомский, центральная нервная система с ее высшими задачами, с одной стороны, и, с другой стороны, вегетативная нервная система с обслуживанием аппаратов обмена веществ и пищеварения — еще очень недавно они представлялись настолько различными по субстрату и по принципам иннервации, что теоретиками ставилась под сомнение самая возможность быстрой передачи влияний с одной из них на другую.
Одним из последствий этого давнего предрассудка было недостаточное изучение внешних факторов в регуляции внутренних органов. Соглашались лишь признать «соучастие» вегетативной нервной системы в эмоциональных реакциях, а некоторые авторы и в настоящее время еще пытаются подменить проприоцептивную регуляцию вегетативной системы эмоциональной.